Сквозь огненные вихри…

Предисловие

Представляем нашему читателю небольшую, но очень емкую книгу фронтовика сержанта Кутлугильдина Галяма Ахметгазизовича, который прошел путь от Сталинграда до Севастополя, освободив Ростовскую, Сталинскую (ныне Донецкую), Херсонскую области, Крым, так называемую Северную Таврию (ныне Запорожье), а затем достиг восточной Пруссии. Был трижды ранен, награжден орденами Красной Звезды, Славы третьей и второй степеней. Галям агай трудился литсотрудником в редакции нашей районной газеты «Знамя коммуны» в январе 1941 года, когда редактором был мой отец.

В 1943 году - в разгар войны - вступил в Коммунистическую партию. Вернувшись с войны, активно участвовал в работах по восстановлению сельского хозяйства, занимал различные должности.

Мужество, проявленное на войне, спасло его от многих бед. Даже оказавшись в затруднительном положении, благодаря продуманным действиям удалось избежать пленения, а то и гибели. Впрочем, о боевом пути рассказывает сам автор. Поэтому нет необходимости его повторять. Добавлю, что в произведении очень много дат, названий земель, городов, имен военачальников и товарищей - память замечательная. Вместе с тем, записи Галяма Кутлигильдина основаны на документах 150-й артиллерийской бригады, хранящихся в Центральном архиве Министерства обороны в городе Подольске Московской области.

Роберт СУБХАНГУЛОВ.

Галям КУТЛУГИЛЬДИН:

Цена Победы

I.

Пришла долгожданная повестка по призыву в Красную Армию. Было поручено в недельный срок прибыть в райвоенкомат с продуктами, кружками, ложками, полотенцами и всем необходимым – к 6 марта 1942 года. В этот день нас из деревни Мурадымово было пятеро: Гибадатов Зигангир агай, Казбаков Ахмадулла агай, Абзалилов Аглям агай, призывники Кутлугильдин Мухаметшариф абзый и я выехали утром в райцентр - село Мраково. Все мурадымовцы сопровождали нас добрыми пожеланиями и благословениями.

Юноши и девушки провожали нас до переправы через Большой Ик под звуки гармони и песни. Каждый из них попрощался, пожав нам руки. Когда мы перешли на противоположный берег, они махали рукой и кричали: «Возвращайтесь с победой живыми и здоровыми!» И хотя мы уходили, они все еще оставались на своих местах - не расходясь, смотрели вслед…

Мы провели время еще в деревне Сатлыки, расставаясь с родными. Когда ближе к вечеру зашли в военкомат сообщить о том, что прибыли, дежурный дал указание быть наутро к 9 часам.

7 марта, 9-й час утра. Во дворе здания военкомата собрались призывники 1923 года рождения и мобилизованные. Проводив старших, начальник отдела военкомата В.Н.Черноусов пригласил меня войти в свой кабинет. Знакомый начальник. В соответствии с Постановлением Государственного комитета обороны (ГКО) от 17 сентября 1941 года «О всеобщем обязательном обучении военному делу граждан СССР» на его занятиях прошел 110-часовой курс программы подготовки к военной службе. Встречались и общались мы с ним и по поводу статей по военной подготовке, когда он приходил в редакцию нашей газеты. Товарищеский разговор был коротким, но очень серьезным.

- Сейчас мы провожаем вас, 60 призывников. Вы определены в команду старшим, - заявил мне Василий Черноусов.

- Не я, пусть будет кто-то другой, - возразил я.

- В чем дело?

- Я самый маленький из призывников. Не будут слушать, в придорожных селах разойдутся, опаздают, отстанут от поезда чего доброго. Ведь есть такие мраковские парни, как мой знакомый Гайфулла Забиров, высокие, крепкого телосложения, со средним образованием. Почему бы не назначить старшим одного из них или Забирова?

- Я их не знаю, зато ты мне хорошо знаком. Какой сегодня день?

- Воскресенье.

- Документы были подписаны военкомом накануне. Удостоверение написано на твое имя. Сегодня военком в отпуске, печать в сейфе. Искать военкома, чтобы подготовить и выдать удостоверение кому-то другому, бессмысленно. Скоро будете в воинской части. Порядок в армии таков: отданный приказ не проверяется, он подлежит обязательному исполнению. Вот так, Галям! Поэтому всегда помни!

В задачу, поставленную перед нашей командой Черноусовым, входило прибыть на железнодорожную станцию Стерлитамак 10 марта не позднее 17 часов.  Документы, которые он дал мне в руки, я положил за пазуху и вышел во двор. Прибывший за нами начальник дал команду призывникам выстроиться в очередь. Закончив разбор по спискам, после того как я назвал свою фамилию, сержант приказал мне выдвинуться на два шага вперед. «В команде 60 призывников. Старшим назначен ваш товарищ Кутлугильдин», - объявил он.

«Военный комиссариат уверен в том, что вы будете служить в рядах Красной Армии, показывая пример преданности Родине. В добрый путь!» - благословил нас Василий Черноусов.

***

Более трех десятков санных обозов тронулись с места. Оставляя Мраково позади, мы поднимались на возвышенность Тауша, откуда наша колонна представлялась длинной лентой на белоснежной дороге в поле. Колонна растянулась на три-четыре сотни метров и продолжила движение вперед. На ночь останавливались в Волостновке, Мелеузе, Аллагуватово.

В Мелеузе в домах так называемого «Колхозного двора» свободно размещались мы сами, а на обширной территории, огороженной деревянным забором, и лошади, и сани, груженые сеном. Наличие рядом столовой воодушевило призывников. Там мы собрались на ужин. Пользуясь моментом, я пересчитал своих товарищей по списку.

Удобно расположились мы и в Аллагуватово. В те времена перед большими шестиугольными домами к воротам прикреплялся шест (ҡолға) с охапкой сена на макушке. Это был знак, указывающий на остановку конных обозов.

За ночевку с нас нигде денег не брали. Из Аллагуватово отправились рано, на рассвете уже были в пути, чтобы около 17.00 успеть прибыть на железнодорожную станцию. Когда обозы, прибывшие один за другим группами, остановились у железнодорожного вокзала, я направился к начальнику станции. За столом военный комендант внимательно выслушал сообщение о том, что команда из 60 призывников прибыла из Кугарчинского района. «В 18.10 сюда прибудет поезд «Ишимбай-Уфа». Последние 10 вагонов сзади предназначены для вас. Разместитесь там».  «Что нам делать дальше?» Вас найдет представитель воинской части. Он подскажет, куда идти», - сказал комендант.

Полученную информацию довел до сведения товарищей. Вскоре прибыл поезд. Душа успокоилась, когда я, попрощавшись с нашими извозчиками, зашел в вагон. Еще я немного стал меньше волноваться и воспрял духом, видя уважение и внимание моих товарищей. Все-таки они были постарше меня. Юноши, которым по возрасту исполнилось девятнадцать лет. Самому младшему из них восемнадцать лет и три месяца. А мне и восемнадцати нет.

До наступления сумерек поезд сделал остановку на станции Карламан. В вагон вошел младший лейтенант и спросил: «Кто старший? Сколько человек в команде?». Я ответил. Он сказал, что был из запасного полка, и приказал нам выйти из вагона, выстроиться на платформе. Выяснив, что все 60 призывников на месте, увез их в соседнюю деревню Бишаул на ночь. По предложению младшего лейтенанта мы разошлись по квартирам, договорившись встретиться завтра, 11 марта, около 9 часов утра на другом конце деревни.

***

На следующий день младший лейтенант привел нас в запасной полк, который дислоцировался в селе Кабаково Кармаскалинского района. К здешним призывникам и пожилым военнообязанным прибавилась наша команда. В запасном полку продержались недолго. Через неделю-полторы переправились через Белую и к вечеру следующего дня прибыли на станцию Иглино. Один из лейтенантов направился в деревню, в сторону станции. Через некоторое время вместе с ним к нам подошел некто среднего роста, худощавого телосложения, в военной форме. С громким приветствием «Здравствуйте, товарищи!» он представился как старший политрук Альшевский. «Я вижу, вы настоящие патриоты. Это очень хорошо. Здесь, в селе Иглино, формируется артиллерийский полк. Будете служить там», - обрадовал, побеседовав с нами, старший политрук.

Лейтенант приказал выйти к вокзалу, встать в строй. После «На первый-второй рассчитайсь» прозвучали команды «Первые остаются на месте, вторые на два шага вперед!» Разделившись на две группы, мы направились к казармам. Бараки представляли собой здание школы из соснового бруса, в котором размещались три учебные комнаты, учительская, просторные коридоры и туалет. В комнатах были устроены двухъярусные дощатые нары. Здесь размещался состав 4-й, 5-й, 6-й батарей 2-го дивизиона 1095-го артиллерийского полка, штаб дивизиона в учительской, 1-я, 2-я, 3-я батареи 1-го дивизиона в здании районного клуба, переоборудованного под казармы. Нас разделили на три группы, с учетом уровня образования, кто кем работал: на разведчиков, связистов, минометчиков, а тех, кто имеет профессии трактористов, комбайнеров, собрали в отдельную группу. Взрослых с крепким телосложением определили в огневой взвод, с более высоким уровнем образования - в отделение разведчиков. Вместе с моими земляками - Мурзагали Байгазаковым из деревни Салихово, Шайхетдином Каскиновым из деревни Бустыбаево, моим односельчанином Мухаметшарифом абзыем нас определили в отделение разведчиков5-й батареи (командир - лейтенант В.С.Иванов, комиссар – старший политрук А.И.Жигалов).

***

12 апреля 1942 года. Полк строился по дивизионам, дивизион - по батареям. Начальник штаба капитан Барсуков скомандовал: «Полк, смирно!» - и быстрым шагом направился к приближающемуся всаднику. Командир полка майор Ярошенко принял доклад и поздоровался с находившимися в строю. После краткого, но содержательного вступительного слова объявил, что прием торжественной присяги полка открыт. За небольшими столами - командиры батарей, комиссары и командиры взводов. Текст боевой присяги для личного состава 5-й батареи политрук А.Н.Жигалов читает вслух, а вслед за ним мы хором, уже в строю, повторяем эти слова: «Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик Кутлугильдин, вступая в ряды Рабоче-Крестьянской Красной Армии, принимаю торжественную присягу». Далее официальная бумага с текстом о том, что мы присягаем и клянемся вести беспощадную борьбу с врагами за свободу, независимость Родины, и о готовности в случае необходимости пожертвовать жизнью была подписана каждым.

Наш 1095-й артиллерийский полк, вооруженный орудиями калибра 152 мм, так называемыми пушками-гаубицами, простоял в Иглино около трех месяцев. В этот период артиллеристы осваивали секреты своей профессии, совершенствовались. Полк 15 июня покинул Иглино и был отправлен на фронт.